45. «Мы имеем власть над бесовскими духами, у нас нет власти над нашими ближними или их волей» («Власть верующего», Кеннет Е. Хейгин, стр. 124).
Очень хорошие, правильные и своевременные слова! Далеко не все понимают, что все мы свободны и не имеем власти друг над другом. Но многим христианам, особенно пресвитерам, ой как, хочется властвовать над себе подобными, хотя Христос проповедовал не власть, а унижение (Лук. 22, 26).
* * *
46. «Молиться мы должны втайне. Богу не нужны молитвы, рассчитанные на то, чтобы произвести впечатление на других» («Путь к новой жизни», Дж. Уэнгер).
Разве не так учил молиться Иисус Христос? (Мф. 6, 6). Но почему же в христианстве повсеместно процветают молитвы напоказ или, так называемые, «назидательные» молитвы? А есть церкви, где совершаются одиночные длинные, томительные молитвы, да при том ещё и с неясным изложением. И всем другим приходится терпеливо пережидать этот показательный спектакль. Неужели и правда у людей нет возможности помолиться Богу дома?
* * *
47. «Последнее восклицание Иисуса «Совершилось!» ознаменовало конец Моисеева Завета с его законами и обрядами, которые Христос исчерпал Своей миссией» («Предназначенная для престола», Павел Биллхаймер).
Далеко не все люди разумеют, что закон Моисеев действительно безнадёжно устарел и изжил себя полностью, а мы, христиане, являемся служителями Нового Завета.
Дело в том, что католический перевод Библии в Мф. 5, 17 говорит, что Христос пришёл дополнить закон, а не исполнить, как говорится в других переводах.
Может быть, отсюда всё и началось. Одни считают, что закон остался в силе до настоящего времени с дополнениями Иисуса Христа. А другие понимают, что Моисеев закон уже не имеет для нас никакой силы, что Христос нас уже освободил от него: «Истина сделает вас свободными» (Ин. 8, 32). Мы свободны не от греха вообще, как многие думают, а от закона, порождающего грех. А если мы свободны от закона, порождающего грех, то преступления его предписаний уже не являются для нас грехом, то есть мы освободились уже от грехов, порождаемых преступлением закона. Но сам по себе грех не перестал существовать. Грехом стало преступление уже не древнего закона, а нарушение новых заповедей Иисуса Христа.
Однако, люди, особенно книжники, настолько инерционны, что не могут резко освободиться от укоренявшегося веками (вечного!) закона, а потому и частично пытаются его выполнять. Кто цепляется за субботу, кто за регламентацию в пище, кто за предписания в одежде, кто за иерархию, кто за десятину для левитов и т. д. и т. п. Но Христос нас освободил от всего этого. И единственное обещание, которое мы даём Богу, становясь на христианский путь, - это обещание Богу доброй совести (1 Петр. 3, 21).
Бог не смотрит уже на одежду или на то, что мы едим и т. п., он смотрит только на сердце и хочет, чтобы оно было добрым.
А те верующие, которые тянут нас в Старый Завет, служат только обузой и помехой в христианстве. Они порождают бесконечные споры, распри и преткновения на добром, любвеобильном христианском пути.
* * *
48. «Можно ли вообще заниматься планированием семьи? Для христиан этот вопрос является одним из сложных, так как Священное Писание не говорит об этом» (Руди Винс, Газета «Семь дней»,Сакраменто, №129, 1998).
Многие христиане действительно путаются в этом вопросе, потому что в Евангелии нет чётких указаний на этот счёт. Но ведь в Библии не было указаний и насчёт паровозов, самолётов, прививок, телевизоров, компьютеров и т. п. И это тупиц повергает в растерянность. Они, как советские бюрократы, ожидают конкретных директив сверху.
А Христос Своё учение часто излагал в притчах для того, чтобы уразумели только мудрые. Сердце же глупых всегда – в левую сторону (Ек. 10,2). И взять пример себе из притчи Иисуса Христа о строительстве башни (Лук. 14, 28-30) никто почему-то не догадывается при строительстве семьи.
Почему бы каждому семьянину ни сесть прежде и ни вычислить свои ресурсы, чтобы определить, какой высоты он может построить свою башню. «Чтобы все видящие не стали смеяться над ним», что он наплодил детей, а не может накормить их, одеть, обуть, дать им управу и воспитать в наставлении Господнем, а перекладывают свои обязанности на ближних, на церковь, на Господа.
К сожалению, тупицы ещё не перевелись. Мало того, многочисленные лидеры искусно ведут политику отупения христиан. Но, когда слепой ведёт слепого, то оба упадут в яму (Мф. 15,14).
* * *
Владимир Кодебский,
Луцк, Украина
Чтобы никого не смущала ёлочка, я заменил фотографию.
Прочитано 9307 раз. Голосов 4. Средняя оценка: 2
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
